Но страх и муза, в свою очередь, охраняют место, где ушел изгнанный поэт, а ночь, которая идет с ускоренным темпом, не знает рассвета.

Но страх и муза, в свою очередь, охраняют место, где ушел изгнанный поэт, а ночь, которая идет с ускоренным темпом, не знает рассвета.